Евлоев И.М. Становление Конституционного Суда Республики Ингушетия - Информационно-правовой портал Ингушского регионального отделения Общероссийской общественной организации “Ассоциация юристов России”
Юридическая консультация Задайте вопрос юристу "Правовой помощник" Информационно-правовой бюллетень Онлайн ТЕСТ Проверь свою юридическую грамотность Контакты Все контакты АЮР по РИ Форум Обсуждение актуальных тем
Архив теле- и радиопередач с участием членов Совета ИРО АЮР

Евлоев И.М. Становление Конституционного Суда Республики Ингушетия

 

Становление Конституционного Суда Республики Ингушетия

 

Евлоев Ильяс Муслимович,

Судья Конституционного Суда Республики Ингушетия

 

Решение о необходимости учреждения в Республике Ингушетия Конституционного Суда республики было принято в 2001 году. К этому времени две трети из ныне существующих региональных органов конституционной юстиции уже были созданы и работали.

18 июля 2001 года были внесены поправки в Конституцию Республики Ингушетия, в числе которых была введена и норма о Конституционном Суде. Статья 64 Конституции в новой редакции включила суд в систему органов государственной власти Республики Ингушетия, а статья 96 Конституции определила его как судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства.

Через несколько месяцев был принят Конституционный закон Республики Ингушетия от 28 декабря 2001 года №10-РКЗ «О Конституционном Суде Республики Ингушетия»[1], детально регламентирующий вопросы формирования и деятельности суда, статуса судей и устанавливающий процедуру судопроизводства.

Однако, в начале 2002 года состоялись выборы Президента республики, в результате которых произошла смена политического руководства. Вновь избранный глава региона не проявил интереса к созданию органа конституционной юстиции. Лишь после вступления в должность высшего должностного лица республики Ю-Б.Б.Евкурова вопрос создания Конституционного Суда был реанимирован. Президентом Республики Ингушетия 8 декабря 2009 года был подписан Указ №273 «О некоторых вопросах организации деятельности Конституционного Суда Республики Ингушетия»[2], пункт 1 которого определил, что Конституционный Суд Республики Ингушетия начинает функционировать с 1 января 2010 года. После этого кандидатуры на должности судей вновь создаваемого суда были представлены в законодательный орган республики. Постановлениями Народного Собрания Республики Ингушетия от 26 декабря 2009 года №№288-290 назначены Председатель и двое судей Конституционного Суда. Согласно указанному закону Суд состоит из 5 судей: председателя, заместителя председателя и трех судей. При этом он может осуществлять свою деятельность при наличии в его составе не менее трех судей. Таким образом, установленный законом кворум был соблюден, и с начала 2010 года суд начал функционировать при двух вакантных должностях: заместителя Председателя суда и судьи.

С первых дней работы Конституционного Суда на повестке остро стоял вопрос совершенствования законодательного регулирования его деятельности, поскольку с момента принятия республиканского закона в 2001 году в него не вносились изменения. Федеральное законодательство и Конституция Республики Ингушетия за этот же период поверглись существенной корректировке. Как следствие, многие нормы закона не соответствовали актам, имеющим большую юридическую силу.

Нуждались в переработке положения, касающиеся порядка приостановления и прекращения полномочий судей, представления ими сведений о  доходах, порядка исполнения решений суда. Полномочия суда подлежали корректировке с учетом поправок, внесенных в Конституцию республики. В 2012 году, после бурных обсуждений, изменения были внесены в закон[3].

По предложению Конституционного Суда Республики Ингушетия 4 мая 2010 года внесены изменения в статью 96 Конституции Республики Ингушетия и Закон Республики Ингушетия «Об Уполномоченном по правам человека в Республике Ингушетия» в части наделения Уполномоченного правом обращения в Конституционный Суд республики.

По инициативе либо при активном участии Конституционного Суда Республике был принят ряд других нормативных актов, регламентирующих деятельность суда: Закон Республики Ингушетия от 30 октября 2010 года №51-РЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности Конституционного Суда Республики Ингушетия и мировых судей Республики Ингушетия», Постановление Народного Собрания Республики Ингушетия от 28 января 2010 года №19 «Об утверждении Положения о порядке проведения квалификационной аттестации судей Конституционного Суда Республики Ингушетия», Постановление Правительства РИ от 8 апреля 2010 года №104 «Об утверждении Порядка возмещения расходов, связанных с выполнением требований Конституционного Суда Республики Ингушетия».

Первый документ, который был утвержден вновь созданным судом уже 12 января 2010 года, - это Регламент Конституционного Суда Республики Ингушетия, который регулирует не только вопросы организации и деятельности суда, но и по аналогии с Регламентом Конституционного Суда РФ содержит детальные положения, касающиеся непосредственно конституционного судопроизводства: порядка предварительного рассмотрения и принятия обращений, подготовки дела к слушанию, рассмотрения дел, подготовки и принятия итоговых решений[4].

Также Конституционным судом утверждены Инструкция по делопроизводству в Конституционному Суде Республики Ингушетия, Положение об Аппарате Конституционного Суда Республики Ингушетия, Положение о порядке организации доступа к информации о деятельности Конституционного Суда Республики Ингушетия, Положение об официальном сайте Конституционного Суда Республики Ингушетия, Положение о комиссии Конституционного Суда Республики Ингушетия по соблюдению требований к служебному поведению государственных гражданских служащих и урегулированию конфликта интересов.

Перечисленные документы послужили правовой основой функционирования Конституционного Суда Республики Ингушетия.

Что касается объема полномочий суда, то он немногим отличается от компетенции конституционных и уставных судов других субъектов Российской Федерации. В России в настоящее время отсутствует единый подход к данному вопросу. В общем виде полномочия конституционных (уставных) судов определены Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации», согласно статье 27 которого эти органы создаются для рассмотрения вопросов соответствия законов субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов государственной власти субъекта Российской Федерации, органов местного самоуправления субъекта Российской Федерации конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, а также для толкования конституции (устава) субъекта Российской Федерации. Исходя из толкования данной нормы, данного Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 6 марта 2003 г. №103-О «По запросам Государственного Собрания Республики Башкортостан и Государственного Совета Республики Татарстан о проверке конституционности части 1 статьи 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» этот перечень не является исчерпывающим[5].

В связи с этим субъекты Российской Федерации самостоятельно определяют, какие вопросы отнести к предмету ведения своих конституционных судов, причем этот перечень, как правило, шире закрепленного в федеральном конституционном законе. В частности, полномочие по проверке соответствия региональных и муниципальных нормативных актов конституции (уставу) субъекта Российской Федерации дополняется правом по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и запросам судов проверять конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле. Достаточно распространено отнесение к полномочиям регионального органа конституционной юстиции споров о компетенции. В некоторых субъектах органы конституционной юстиции наделены правом предварительного контроля некоторых проектов законов[6]. Существует даже практика включения в компетенцию судов таких специфических вопросов, как проверка конституционности ненормативных правовых актов[7], соблюдения порядка реализации инициативы проведения референдума[8], а также дача заключений о нарушениях в деятельности законодательного органа[9] или высшего должностного лица субъекта[10]. 

Республика Ингушетия относится к числу регионов, которые определили практически минимальный объем полномочий конституционного суда. В соответствии со статьей 96 Конституции Республики Ингушетия и статьей 3 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия» Конституционный Суд реализует три основных полномочия:

  1. 1)разрешает дела о соответствии Конституции Республики Ингушетия законов Республики Ингушетия, нормативных актов Главы, Народного Собрания и Правительства Республики Ингушетия, органов местного самоуправления, уставов муниципальных образований, а также не вступивших в силу договоров и соглашений Республики Ингушетия;
  2. 2)по жалобам на нарушения конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона или иного нормативного акта Республики Ингушетия, примененного или подлежащего применению в конкретном деле;
  3. 3)дает толкование Конституции Республики Ингушетия.

Первоначально предполагалось, что Конституционный Суд будет также разрешать споры о компетенции между органами государственной власти республики, между органами государственной власти республики и органами местного самоуправления, а также между органами местного самоуправления. Соответствующая норма содержалась как в Конституции республики, так и в законе о конституционном суде.

Однако в 2002 году в Конституцию Республики Ингушетия внесены изменения, исключающие данный вопрос из ведения конституционного суда[11]. Связано это было со складывавшейся на тот момент практикой судов общей юрисдикции, которые по обращениям прокуроров признавали противоречащими федеральному законодательству соответствующие нормы региональных законов[12]. Практически в то же время аналогичные изменения были внесены в законодательство республик Коми и Марий Эл. Процесс изъятия данного вопроса из компетенции конституционных (уставных) судов прекратился лишь после принятия названного Определения Конституционного Суда России №103-О, который признал за субъектами Российской Федерации право расширить объем полномочий органов конституционной юстиции по сравнению с закрепленным в федеральном законе о судебной системе.

Таким образом, решение региональных законодателей оказалось слишком поспешным, и в настоящее время было бы целесообразно вернуться к обсуждению данного вопроса. Стоит согласиться с позицией некоторых ученых, полагающих, что споры о компетенции, будучи связанными с разрешением конституционно-правовых споров регионального значения, должны быть отнесены к компетенции конституционных (уставных) судов[13].

Субъектный состав лиц, наделенных правом обращения в Конституционный Суд республики с запросом о проверке конституционности нормативных актов, закреплен в статье 80 Закона. Таким правом обладают Глава Республики Ингушетия, Народное Собрание Республики Ингушетия, не менее одной трети депутатов Народного Собрания, Правительство Республики Ингушетия, Уполномоченный по правам человека в Республике Ингушетия, Верховный Суд Республики Ингушетия, Арбитражный Суд Республики Ингушетия, районные суды, прокурор Республики Ингушетия, органы местного самоуправления. В целом это достаточно характерный перечень, который с незначительными вариациями содержится в законах подавляющего большинства субъектов России, создавших органы конституционной юстиции.

Вместе с тем, включение в этот список районных судов вызывает вполне справедливые нарекания ученых[14]. Действительно, районные суды не наделены функциями по изучению и обобщению судебной практики, без чего невозможно вне отрыва от конкретного дела выявить дефектные нормы республиканского законодательства. Кроме того, районным судам предоставлено право обращения в Конституционный Суд республики по делам, находящимся в их производстве, в связи с чем наделение их правом обращения в порядке абстрактного нормоконтроля представляется излишним.

Объектами нормоконтроля со стороны Конституционного Суда Республики Ингушетия выступают региональные и муниципальные нормативные акты. Однако в отличие от органов конституционной юстиции большинства других субъектов Конституционный Суд Ингушетии проверяет нормативные акты не всех органов государственной власти республики, а только высших, то есть высшего должностного лица, законодательного органа и высшего исполнительного органа республики. На уровне субъекта Российской Федерации представляется оправданным расширение этого перечня за счет иных органов государственной власти республики, в первую очередь, органов исполнительной власти.

Существенным упущением является отсутствие в республиканском законодательстве возможности проверки в порядке конституционного судопроизводства муниципальных правовых актов по обращениям граждан. Подобное ограничение характерно не только для Республики Ингушетия, но и почти для половины других субъектов России (например, республик Адыгея, Коми, города Санкт-Петербурге и других), и связано с тем, что региональные законодатели при осуществлении законодательного регулирования вопросов конституционного правосудия ориентировались на положения Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», который не предусматривает проверку конституционности муниципальных актов.

Однако, если возложение на Конституционный Суд России такого полномочия неуместно ввиду огромного массива нормативных актов органов местного самоуправления и, соответственно, опасности многократного роста числа обращений и чрезмерной загрузки суда, то на региональном уровне такая проблема отсутствует. Проверка конституционности нормативных актов органично вписывается в компетенцию конституционных (уставных) судов субъектов России. А поскольку именно такими актами зачастую нарушаются права граждан, логично предоставить гражданам возможность отстаивать в конституционных судах свои права, нарушаемые муниципальными актами.

О востребованности этой функции свидетельствует и практика судов других субъектов Российской Федерации, где гражданам такое право предоставлено. В частности, из восьми дел, рассмотренных в 2013 году Уставным судом Свердловской области с вынесением постановления, четыре (то есть половина) связаны с обращениями граждан об оспаривании муниципальных актов[15]. В Конституционном Суде Северной Осетии - Алании за тот же период два постановления из пяти вынесены по запросам граждан о проверке конституционности нормативных правовых актов органов местного самоуправления[16].

Практика самого Конституционного Суда Республики Ингушетия также показывает, что именно граждане в наибольшей степени заинтересованы в доступе к конституционному правосудию. Из трех постановлений, вынесенных судом в 2013 году, два явились следствием рассмотрения жалоб граждан и одно – жалобы общественного объединения на нарушение конституционных прав граждан[17].

Подводя итог, можно констатировать, что в целом действующее республиканское законодательство позволяет Конституционному Суду Республики Ингушетия в достаточно полной мере реализовывать возложенные на него задачи. Однако отдельные вопросы регламентации деятельности суда нуждаются в дальнейшем уточнении в части расширения полномочий суда и предоставления гражданам больших возможностей для доступа к конституционному правосудию.

 



[1]    Ингушетия (газета), 2002. №5, 16 января.

[2]    Ингушетия (газета), 2009. №212-213, 10 декабря.

[3] Конституционный Закон Республики Ингушетия от 13.04.2012 1-РКЗ «О внесении изменений в Конституционный закон Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия» // Ингушетия (газета). 2012. №63, 17 апреля.

[4]           Решение Конституционного Суда РИ от 12.01.2010 №2-р // Официальный сайт КС РИ. URL: http://ks-ri.ru/index.php?option=com_content&;view=article&id=68&Itemid=70 (дата обращения: 31.01.2014)

[5]           Вестник Конституционного Суда РФ, №4, 2003

[6]           См.: ст.117 Конституционного закона Республики Саха (Якутия) от 15.06.2002 16-з №363-II «О Конституционном суде Республики Саха (Якутия) и конституционном судопроизводстве» // СПС «КонсультантПлюс: Регионы»

[7]           См.: ст. 3 Закона Челябинской области от 27.10.2011 №220-ЗО «Об Уставном суде Челябинской области» // СПС «КонсультантПлюс: Регионы»

[8]           См.: ст. 104 Конституционного Закона Чеченской Республики от 24.05.2006 №2-РКЗ «О Конституционном Суде Чеченской Республики» // СПС «КонсультантПлюс: Регионы»

[9]           См.: ст. 3 Закона Кабардино-Балкарской Республики от 12.12.1997 №38-РЗ «О Конституционном Суде Кабардино-Балкарской Республики» // СПС «КонсультантПлюс: Регионы»

[10] См.:  ст. 95 Закон РТ от 22.12.1992 №1708-XII «О Конституционном суде Республики Татарстан» // СПС «КонсультантПлюс: Регионы»

[11] Закон Республики Ингушетия от 8 августа 2002 года №41-РЗ «О поправках к Конституции Республики Ингушетия» // Ингушетия (газета), 2002. №91, 17 августа

[12] Определение Верховного Суда РФ от 14 июня 2002 года №49-Г02-37 // СПС «КонсультантПлюс»

[13] См., например: Брежнев О.В. Компетенция конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации: проблемы и перспективы // Конституционное и муниципальное право. 2002. №3; Зыкова И.В. Определение полномочий конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации // Российская юстиция. 2012. №10. С.44-48.

[14] Брежнев О.В. Институт запроса суда общей юрисдикции, арбитражного суда в конституционный (уставный) суд субъекта Российской Федерации: проблемы и перспективы // Российская юстиция. 2013. 10. С.30-33.

[15] См.: Решения // Официальный сайт Уставного Суда Свердловской области. URL: http://ustavsud.ur.ru/index.php/index.php?ind=rechenia&;catalog=rechenia&id=1#2013 (дата обращения – 03.02.2014)

[16] См.: Решения Конституционного Суда // Официальный сайт Конституционного Суда РСО-А. URL: http://www.ksrso.ru/docs/decisions (дата обращения – 03.02.2014)

[17] См.: Постановления КС РИ // URL: http://ks-ri.ru/index.php?option=com_content&;view= category&layout=blog&id=46&Itemid=100 (дата обращения – 03.02.2014)

 

 

 

* Источник публикации:

Вестник Конституционного Суда Республики Ингушетия, 2014, №3. С.62-69.